Национальность в бланках II РП: почему в одних есть, а в других нет
В своей практике я не раз сталкивалась с интересной деталью, когда рассматриваю архивные
документы польского периода. Попадаются абсолютно идентичные бланки одной и той же процедуры, но выданные в разные годы — например, разница пять лет. И оказывается, что в формах середины-конца 1920-х национальность могла не указываться, а в тех же формах 1930-х она уже присутствует. По сути — тот же документ, тот же процесс, те же требования, только изменённый временем вариант бланка.
Из-за этого возникает, казалось бы, странная ситуация. Приходят на консультацию два человека. У одного — предок проходил эту процедуру в 30-е годы, и в документе аккуратно заполнена графа «национальность». У второго — предок был старше, оформлял всё в 20-е годы, и графы в его бланке нет просто потому, что тогда её ещё не существовало. Разница чисто временная, никакой «особой истории» за этим не стоит.
Именно поэтому я постоянно подчёркиваю: важно знать хотя бы
минимальную биографию предков — их возраст, примерные годы совершеннолетия, брака, выезда, получения документов. Это не «праздные вопросы», а элементарная необходимость. От возраста предка напрямую зависит, в какой год он мог попасть под те или иные процедуры. Чаще всего речь идёт о третьем колене — и без этой информации невозможно точно понимать, чего ждать от архивов.
Есть и другая сторона вопроса. Я постоянно пишу о том, что с фондами периода Второй Речи Посполитой нужно работать самостоятельно. Это большой массив информации, где приходится листать порой десятки описей. И очень часто я вижу, что людям проще делегировать всё постороннему человеку — не вчитываться, не разбираться, не погружаться в детали. Но здесь как раз и кроется риск: вы получаете документ, платите кому-то за поиск, открываете бланк… а там нет национальности. Обидно? Конечно. Но с точки зрения истории всё логично: ваш прадед просто проходил эту процедуру в другой год, когда форма выглядела иначе.
В этой статье я хочу показать именно это — почему в рамках одной и той же процедуры люди могли получать разные по наполнению бланки, от чего это зависело, и как это учитывать при работе с архивами. Подчёркивать я буду только примеры и логику, без выкладывания материалов, которые по понятным причинам не публикую.
Кроме того, подобные расхождения зависят не только от года, но и от территории. Даже формы заявлений о получении паспорта в разных воеводствах могли немного отличаться — и это нормально для того периода.
Почему одинаковые процедуры, а документы разные: логика бюрократии II Речи Посполитой
Во Второй Речи Посполитой, особенно в межвоенный период, административная практика была достаточно разнообразной, и это отражалось на формах официальных бланков, которые использовались для оформления паспортов, ведения учёта граждан и военной документации. В 20–30-е годы существовали разные типы форм, которые сосуществовали параллельно и различались не только оформлением, но и содержанием отдельных граф, включая такие ключевые элементы, как национальность. Важность этих различий нельзя переоценить: они напрямую связаны с тем, как государство пыталось управлять многонациональным населением, балансировать между правовыми нормами и политической практикой, а также фильтровать и интегрировать граждан.
На практике это означало, что бланки, используемые в разных воеводствах, могли сильно отличаться друг от друга. Существовали типовые формы Министерства внутренних дел, которые использовались, например, на территории современной Польши, и локальные формы, созданные на уровне воеводств или поветов для решения конкретных административных задач. Иными словами, бланки, которые использовались для регистрации бюрократических процедур могли в середине 20 годов, в 30 годах отличаться по внешнему виду, поскольку были предназначены для использования на разных территориях II RP. Формы бланков, как показал мой личный опыт, могли различаться даже в рамках отдельных восточных воеводств, как например, Полесского и Виленского. В каталогах архивов и описях фондов можно найти подтверждение этого: например, «Podania o wydanie dowodów osobistych» 1935–1939 годов показывают, что одновременно использовались центральные MSW-шаблоны и локальные формы для некоторых регионов.
Особенно наглядным примером служат бланки Виленского воеводства, конкретнее той части его территории, которая ранее входила в состав Срединной Литвы. Давайте возьмем в качестве примера Podanie o wydanie dowodu osobistego.
Почему я сделала акцент на этой части территории Виленского воеводства? Все дело в том, что я видела несколько раз формуляры Заявлений о получении паспорта, которые заполнялись в Полесском воеводстве. Формы выглядели иначе, дважды я столкнулась с образцами бланков, где графы Национальность не было в принципе. В отличие от формуляров заявлений Виленского воеводства, где графа «narodowość» присутствовала неизменно.
Wojewoda Wileński в 1923–1925 гг. выдавал циркуляры, где прямо сказано: narodowość należy ustalać w przypadkach wątpliwych dotyczących obywatelstwa osób zamieszkałych na terenie b. Litwy Środkowej (национальность выяснять в сомнительных случаях при определении гражданства бывших жителей Срединной Литвы).
Это было юридически значимым фактором для доказательства принадлежности к польскому народу (происхождение, язык, самоидентификация, культурная связь). Для успешного прохождения процедуры подтверждения гражданства на этих территориях даже представители национальных меньшинств часто указывали польскую национальность ("narodowość polska"). Это было практической необходимостью, повышавшей шансы на получение польского паспорта. Упоминание другой национальности могло вызвать дополнительные проверки, задержки или отказ. Проще говоря, все, кто желал получить паспорт, независимо от этнической принадлежности, называли себя поляками (я уже описывала в статье два года назад, как в таком заявлении белорусский татарин-мусульманин себя также записал поляком).
Для решения этой задачи Виленское воеводское управление для собственных нужд (или поветовые староства) заказывали и разрабатывали собственные бланки заявлений на паспорт (dowód osobisty), которые отпечатывались не типографией Министерства, а локальными типографиями. Их характерные черты:
- В шапке указание на местный орган ("Do starostwa .", "Naczelnik….").
- Вопросы о Litwie Środkowej: Пункты 7 и 8, фиксирующие связь заявителя с этой территорией.
- Обязательная графа "narodowość": Не как статистическая справка, а как критерий верификации гражданства и лояльности. Это был инструмент легализации жителей спорных земель.
- Отсылки к специфическим правовым нормам: упоминание закона о гражданстве 1920/1924 г. и его статей, применявшихся к данному региону.
- Особая структура, с региональными графами.
Виленское и Полесское воеводства: два разных подхода
А вот с Полесским воеводством на моей практике все оказывалось несколько иначе. Здесь встречались разные типы формуляров заявлений на получение паспорта. Встречались и с указанием национальности, и без него. Понятно, что после 1930 года графа национальность встречалась во всех бланках, касающихся специфического учета населения. Но при этом даже в отдельных поветах Полесского воеводства могли сохраняться старые типы бланков, если поветы продолжали использовать остатки типографских заказов или наследовали формы предыдущих лет. Потому что II РП — это НЕ сегодняшняя унифицированная централизованная система. Она была разрозненной: разные воеводства имели разные административные традиции, особенно Полесский регион, с его труднодоступными территориями.
Поэтому некоторым исследователям могло не повезти с фондом просто в силу стечения обстоятельств, потому что повет, где проживали предки, не имел новых типов бланков.
Национальность в документах: когда графа появлялась и почему её могло не быть
Интересно, что эта логика распространялась и на военные документы. Я в начале статьи вспоминала, что лично столкнулась с формами военного учета одинакового характера, но одна форма была 1925 года, а вторая – 1930. В первой национальность отсутствовала, потому что такой графы в бланке не было. После майского переворота Пилсудского власть начала менять отношение к восточным землям («Kresy Wschodnie»). Государство больше не удовлетворяла идея «плавильного котла». После 1926 года произошла полная реорганизация Wojska Polskiego. До этого местные powiatowe komisje poborowe заполняли старые формуляры, национальность ещё не была обязательным элементом учёта.
И именно поэтому во многих формулярах и документах, появляются новые графы: с 1928–1929 года narodowość (национальность), wyznanie (вероисповедание), wykształcenie (образование), zawód cywilny (профессия). Государству важно было видеть этническую и социальную структуру населения.
Для исследователей документов это имеет важное значение. При изучении документов Виленского воеводства, особенно территорий бывшей Срединной Литвы, можно встретить локальные бланки с обязательной графой «narodowość». В Полесском воеводстве, в силу исторических и территориальных особенностей, могут встречаться как старые, так и новые типы бланков, без этой графы. Понимание этих различий помогает правильно интерпретировать документы, соотнести их с административной практикой и политикой Второй Речи Посполитой.
Подчеркиваю снова:
возраст предков и точное место их проживания — ключ к тому, какие документы вы в принципе можете найти и чего вправе ожидать. Например, человеку может быть обидно, что его
прадед служил в Войску Польском, но призыв пришёлся на период
до 1928 года — когда национальность ещё массово не фиксировалась — а у другого семья получает документ с чёткой графой «narodowość», просто потому что призыв попал в 1928–1939 годы или на территорию с иной бюрократической практикой. Именно по этой причине я в статье и анализирую воеводства, локальные бюрократические практики и характер бланков: знаю, как бывает обидно, но по крайней мере понятно, почему так случилось.
Если вам нужно разобраться в своей ситуации глубоко и без хаотичного блуждания по форумам, вы можете
прийти ко мне на консультацию. Я расписываю на консультации
поиск корней. Задаю только те вопросы, которые реально влияют на поиск: по семейной биографии до третьего колена включительно — кто где жил, возраст, что известно о перемещениях, ключевые события биографии.
Мне не нужно определять, какие документы «теоретически могли существовать» — я отлично знаю все актуальные фонды по национальности: какие варианты по конкретным поветам, гминам и местностям.
По итогам консультации я расписываю варианты поиска именно под ваш случай: куда обращаться, что именно просить, с чем отправляться в архивы, на какие фонды опираться и в каком порядке.
И самое главное — вы сразу получаете готовую форму поиска, с которой можно идти в архивы и подавать запросы самостоятельно. Без необходимости разбираться в десятках тематических форумов и чатов.