Фонды местного самоуправления РП как источник поиска польских корней

         В апреле увидела ксерокопию оригинальной страницы фонда, о котором до этого ничего не слышала. Никто его не описывал и не вспоминал, как источник поиска национальности. Даже архивисты, с которыми посчастливилось говорить, ни словом не заикнулись о нем. Самое главное, не подумала бы, что в данном фонде будет указана национальность.

         Случайно повезло мужчине, потомку жителя Полесского воеводства. Причем дед по другим документам и архивным источникам белорус, а тут оказался записан поляком. Из всего списка, к слову, только один человек значился римо-католиком, все остальные – православные. Дед мужчины также. Когда изучила исторический контекст фонда, пришла мысль, что неслучайно всех записали в этом фонде поляками. Потому что члены местного самоуправления, пусть и крестьяне, пусть и не всегда шибко грамотные, местная власть на польских территориях. Видимо, не политкорректно было записать белорусами.

         Я долго рассматиривала страницу. Мужчина говорит: вы не первая с такой реакцией, все удивляются. Думаю, вот блин, как же я упустила-то… Стала проверять фонды польского периода по нашим архивах. Этот фонд нигде не значился.

         За выходные разобралась с фондом, его местом хранения и историческим контекстом. Сам фонд нашла быстро, но с историей вопроса нормально так посидела. Пыталась  разобраться, почему у него три разные интерпретации названия.  Не знала о нем (и другие по той же причине), так как фонд хоть и польского периода, но стоял особняком в каталоге архивов. Не был включен в традиционную группу польских фондов, а был «выключен». Чтобы его найти, необходимо было точно знать название. Иначе не найти.

         Конечно же, сделала после «раскопок» пятое обновление конспекта по поиску польских корней, где подробно описала фонд. Конспект потолстел еще на пять страниц. Провела коррекцию других разделов. Фонд будет особенно интересен потомкам жителей Полесского воеводства и Барановичского повета Новогрудского воеводства, наиболее «жирная» сохранность. Также он сохранен и по другим воеводствам, но очень неравномерно, порой "сохранка" совсем мизерная, 1-2 единицы хранения. Тут только ваше везение, как звезды сойдутся.

            Четыре повета Виленского воеводства хранятся в этом же фонде, но под совершенно другим названием. Правда, думала, стоит ли в принципе упоминать эти поветы, поскольку регион и так самый лучший для поиска польских корней. В тех поветах уже и так все предков поляками нашли w pierwszym lepszym фонде) Особенно моя любимка, Ошмянский повет.

 

            Это:

 

             - ососбенно «жирный» Ошмянский повет, гмины Жупраны, Сморгонь, Гольшаны

 

              - Браславский повет, гмина Слободка, гмина Опса

 

             - Поставский повет, гмины Мядель, Докшицы, Воропаево

 

             - Дисненский повет видится мне самым слабым в данном фонде, но это не повод расстраиваться, ведь этот повет богат на другие фонды. Тем не менее, оставлю упоминание. Гмины Глубокое, Шарковщина, Миоры, Лужки.

         Кстати, загвоздка в том, что нельзя знать точно, коснулся он ваших предков или нет. Тут только проверка. Почему так – дальше.

 

Немного истории органов местного самоуправления восточных воеводств II РП

 
         В Речи Посполитой были воеводства, которые делились на поветы, поветы на гмины, гмины состояли из громад. Согласно этому территориальному делению были созданы и местные органы власти и самоуправления. Сельская громада могла состоять из деревни, колонии, маентка, фольварка.

         Органами громады являлись солтыс, рада громады (состояла из радных) или собрание громады. Исполнительным органом громады являлся солтыс. Солтыса и его заместителей выбирали члены громады сроком на год.

         Солтысом и его заместителями могли быть мужчины не младше 30 лет и более года проживавшие на территории громады.

         Громадская рада выбиралась сроком на 5 лет. В состав входили солтыс, подсолтыс и радные. Количество радных зависело от количества населения громады. В местностях с населением до 500 человек выбирались 12 радных, от 500 до 1000 – 16 радных, от 1000 до 1500 – 20 радных, от 1500 до 2000 – 24 радных, от 2000 – 30 радных.

         Право участвовать в громадском собрании имел каждый житель громады, достигнувший 27 лет и проживший не менее года на территории громады.

         Солтыс подчинялся войту, который стоял во главе гмины, в состав которой входила громада. Кстати, войты должны были предоставлять старосте повета списки тех солтысов, которые нелояльны к польской власти. Солтысы должны были быть проводником государственной политики среди населения. Вот и причина, почему в данном фонде человек, который везде был записан белорусом, вдруг стал поляком. Дань лояльности местного солтыса к польской власти.  



         Городское самоуправление. Органы городского самоуправления начали создаваться на западнобелорусских землях в 1919 году. Избранными в городское самоуправление могли быть грамотные лица, достигшие 25-летнего возраста. Исполнительным органом городской гмины являлся магистрат. В его состав входили бургомистр (руководитель магистрата) и его заместитель, лавники (их количество определяла городская рада, но не более 10 % от числа членов городской рады). Городская рада и магистрат избирались на три года. На западнобелорусских землях первые выборы в городские рады состоялись в 1919—1920 гг. Следующие проводились в 1927, 1934, 1939 гг. Член магистрата должен был обязательно знать польский язык. Магистраты действовали в целом ряде западнобелорусских городов и местечек:

         в Полесском воеводстве — в Бресте,  Березе-Картузской, Высоко-Литовске, Дрогичине, Каменце, Кобрине, Коссово, Лунинце, Пинске, Пружанах, Ружанах, Столине;

         в Новогрудском воеводстве — в Барановичах, Воложине, Дятлове, Клецке, Ляховичах, Несвиже, Новогрудке, Слониме, Столбцах, Щучине;

         в Виленском воеводстве — в Браславе, Глубоком, Дисне, Докшицах, Молодечно, Ошмянах, Поставах, Радошковичах, Ракове, Сморгони;

         в Белостокском воеводстве — в Гродно, Скиделе, Крынках, Индуре, Волковыске, Свислочи и др.

         На выборах в городские рады в 1927 г. в Виленском воеводстве (кроме Вильно, Радошкович, Подбродья) из 135 мест поляки получили 61 (45 %), евреи — 58 (43 %), белорусы — 10 (7 %), русские — 4 (3 %). В Новогрудском воеводстве в девять городских рад было избрано 178 человек, из них евреи составляли больше 52 %, поляки — 34 %, белорусы — 12 %. Еврейские представители преобладали и в городских радах Полесского воеводства — имели 60 %, что было больше доли евреев в городском населении. Поляков и белорусов там было соответственно 20 и 16 %.

         Как это все бьется с поиском? Уверена, что многие понятия не имеют, могли ли быть предки членами сельской громады. Потенциально это тот случай, когда придется проверить, не имея точной информации о вероятности. Если предки были деревенскими жителями – а белорусское население жило преимущественно в деревнях – шанс есть.

         Что касается фондов городского самоуправления, тут сложнее. Во-первых, в городах преобладало еврейское население, это видно по статистике выше. Во-вторых, фонды городского самоуправления (я проверила) сохранны опять же наилучшим образом по некоторым городам Полесского воеводства. А в городах Полесья проживало наибольшее количество евреев. Поэтому в данном случае больше смысла подтверждать еврейские корни, чем польские.

         Если ваши предки соответствуют критериям, о которых я написала выше, то можно обратиться к данному фонду. С ним я бы советовала работать в читальном зале архива лично, в принципе, как и со всеми фондами II Речи Посполитой (польскими) в архивах Беларуси.

Комментарии

Гость
Ваше имя:
Добавить от имени гостя (войти?)    CTRL + Enter
Темы